Обо всём понемногу
В эфире кричат благоверным —
Реальность – фрау породы!
Прётся по правильной энергии,
Стремясь испытать роды.
Плоско стелят слабым постели,
Чтоб камням надавить на тело.
Силициум, к сознанию спелый,
Потихоньку в железках тлеет.
Герцами температурными,
Травит пространство временем,
Гремит псевдолитературою,
По буеракам прётся уверенно.
Соплями умывшись, слабые,
Силятся всплакнуть жалобно.
Им бы немногими мАслами
Остаться всегда в безопасности.
Речь здесь пойдет не о политике, не о финансах, не о злободневных темах повседневности.
Сие есть лишь странное вторжение параллельных миров в рутинную повседневность. Но и вторжение это не наполняет жизнь смыслом, не делает ее иною, а лишь демонстрирует, что какими странными не казались проявления других реальностей, "там" они также обыденно-рутинны, как и житие здесь…
Итак:
Потоп Потокович Посухов стоял голым на карнизе высокого дома на высоте семи этажей, скрываясь между двумя окнами.
Посухов не любил лазать по карнизам. Его, немолодое уже, тело было бледным вялым и дрябло-одутловатым.
И хотя вид на окружающий мир открывался прекрасный – край восходящего солнца уже показался над дальним холмом; густые кроны величественных, исполинских деревьев вдали, за изгибом широкой ленивой реки, обрели в первых лучах солнца, непередаваемую никакими словами, золотистую окраску; неспешно плыли в голубой вышине большие белые глыбы облаков, подсвеченные снизу красненьким… , — мысли Посохова были в серых тонах, а чувства его немногочисленны, но трансцедентальны и невообразимо печальны.